Читать книгу - "Нулевой цикл - Алексей Викторович Ручий"

внутри. Короче, свою порцию неприятностей я огреб почти моментально.

Позвонил старый знакомый из родного города – Пэкс, он был проездом в Питере, предлагал встретиться. По идее надо было вообще не отвечать на звонок, видя, чей номер высветился на зеленоватом экране моей «Нокии тридцать три десять», но… Я не только нажал на кнопку ответа на вызов, но и договорился о встрече. Пошел на поводу обстоятельств, в общем.

Пэкс был не один, и это только усугубляло ситуацию. Я встретил его в привокзальном кафе в компании какого-то мутного кореша – «с работы», как пояснил Пэкс, – они вместе ехали в командировку куда-то в Карелию. Я не стал уточнять детали, что за командировка и тому подобное, мне было достаточно Пэкса с Колюней – как он представил мне своего спутника.

У них были билеты на проходящий поезд, который шел только под утро следующего дня. То есть мне предстояло провести в их компании почти целые сутки. Надо ли говорить, как меня воодушевляла подобная перспектива. Впрочем, какая-то часть меня все-таки была рада увидеть старого приятеля живым и здоровым.

Дальше мы пили бодяжное пиво все в том же привокзальном кафе, заедая его черствыми чебуреками и туша окурки в пластиковых стаканчиках из-под чая, затем переместились ко мне домой – в мою съемную комнату в панельной «хрущобе» на Энергетиков, возле авторынка. Пэкс с Колюней предложили водку – и я не отказался.

К вечеру мы хорошенько накидались. Самое бы время остановиться, но только не в компании Пэкса. Им с Колюней приспичило прогуляться, а заодно и «добавиться», и они подписали на это дело и меня.

У какого-то ларька Пэкс зацепился с компанией местных гопников – и понеслось. Я уже плохо соображал к тому моменту, запомнил только, как внезапно замелькали кулаки, ноги, чьи-то кроссовки; я сам отбивался от чьих-то рук, бил кулаками в ответ. Затем мне зарядили по голове – не то бейсбольной битой, не то куском доски. Наверное, все-таки куском доски – от удара биты мой череп, наверное, разлетелся бы, как перезрелая тыква.

Все кончилось так же стремительно, как и началось. Откуда-то вырулила ментовская машина, гопники мгновенно растворились в дебрях спального района, а на остановке остались только я, Пэкс и Колюня. Из моей рассеченной головы сочилась кровь.

Менты не стали с нами долго возиться, проверив документы и велев убираться с глаз долой и больше у ларька не появляться. Мне посоветовали обратиться в травмпункт. Я был бы рад, если бы они забрали с собой Пэкса и Колюню. Но по закону подлости именно на этих субъектов им было глубоко наплевать.

Всю ночь мы пили, голова моя была кое-как перемотана бинтом. Наконец, в пять утра Пэкс с Колюней собрались на поезд. Я не стал провожать их до вокзала, молясь про себя о том, чтобы в ближайшее время они больше не появились в окрестностях. Затем лег спать.

Разбудил меня телефон, который по третьему разу гонял мелодию из сериала «Бригада», закачанную в него моей младшей сестрой где-то полгода назад; с тех пор я много раз давал себе зарок стереть это дерьмо к чертовой бабушке и… Рингтон так и оставался в моем мобильном.

Тянуться за лежавшим где-то в кармане брошенных на пол джинсов телефоном не хотелось, меня терзали нехорошие предчувствия: почему-то я был уверен, что Пэкс с Колюней никуда не уехали, а стоят под моими окнами и названивают, чтобы я пустил их в дом. Я лежал и надеялся, что рано или поздно телефон угомонится.

Но телефон и не думал стихать, и мне пришлось-таки покинуть постель. Ощущения при этом я испытал не самые лучшие. Болела голова, и ныло тело. Последствия вчерашней драки – надо полагать.

Как же я был рад увидеть, что на экране мобильного высветился не Пэксов номер! Хоть что-то хорошее в это апокалиптическое утро. Звонила Таня, я ответил:

– Алло?

– Привет, – тихий Танин голос в трубке. – Как дела?

– Так себе. Я спал…

– Я поняла. Ты забыл?..

Забыл? Что я забыл?.. Попытка напрячь мозги и поворошить память привела лишь к вспышке боли в голове, я поморщился. Ну и мерзкое же выдалось утро!

– А какой сегодня день?

– Воскресение.

Проклятый Пэкс. Если уж рвать с прошлым – то со всем сразу. Никаких старых знакомых, никаких корешей – всех этих своих в доску пацанов, от которых одна только головная боль. В воскресенье мы с Таней собирались в кино.

– Если честно, то да – забыл. Вчера возникли непредвиденные обстоятельства… Но это ничего не меняет, я готов сдержать свое обещание.

– Хорошо. Когда мы сможем встретиться?

– Ну, часика через полтора-два я буду готов…

– Тогда через два.

Поспать не получится, я уже смирился с этим. Но, может, так оно и к лучшему. Если все-таки сбудутся мои самые нехорошие предчувствия и Пэкс с Колюней окажутся вблизи моего дома, им будет меня не достать – я в это время буду далеко.

– Где?

– Давай на Гостинке.

– Договорились.

Выбравшись из постели, я первым делом залез в свою домашнюю аптечку и, отыскав упаковку анальгина, отправил в рот сразу три таблетки. Запил водой из-под крана на кухне и отправился в душ.

Бодрящие струи прохладной воды немного привели в чувство, уняли гудение в теле. Головная боль тоже немного притупилась после таблеток.

Уже стоя под душем, я вдруг вспомнил про бинт и сорвал мокрый комок с головы. Бинт был какого-то розово-желтого цвета, я бросил его на пол. Пэкс – тяжелый диагноз с неблагоприятным прогнозом.

Вышел из душа в одних трусах: соседей по квартире не было, я знал, в пятницу они уехали на выходные к себе на родину в Новгородскую область. И правильно сделали – Пэкса они бы не вынесли. Впрочем, их тягу к малой родине я не понимал. Мне этой самой родины вчера хватило на много-много месяцев вперед.

В холодильнике обнаружились две потемневшие от времени сосиски в пластиковой упаковке и несколько ломтиков батона. Обнюхав сосиски и приняв положительное решение по вопросу их съедобности, я сделал бутерброд.

Под кухонным столом лежали смятые пластиковые бутылки-«полторашки» из-под пива, в воздухе витал затхлый запах курева – наследие вчерашнего вечера. Поглощая бутерброд, я открыл форточку.

Холодный воздух начала октября пополз в кухню, насыщая ее ароматами прелой листвы и вездесущей сырости. На холодильнике стоял небольшой соседский телевизор, я включил его. По MTV крутили порядком надоевший клип с зеленым лягушонком Crazy Frog, тем не менее я оставил его. Безумное мультяшное земноводное лучше моих крэйзи-земляков при любых раскладах.

Вскипятил чайник и выпил чаю, самочувствие улучшилось. Затем убрал пустые «полторашки» из-под стола в найденный на подоконнике фирменный пакет из супермаркета «Лента» и начал собираться.

Одевшись, я прихватил с кухни пакеты с мусором и пустыми бутылками и покинул квартиру. Надеюсь, следы пребывания в ней Пэкса с Колюней мне удалось замести.

Спускаясь по лестнице, я проигрывал в голове песню Moby «Lift me up», которую крутили по телику сразу же после безумного лягушонка. Драйвовый трек – то что надо.

Вспомнился вчерашний замес с гопниками у ларька. У них было численное превосходство, и они, в отличие от нас, вроде были трезвыми – Пэкс совсем безбашенный, раз устроил драку. Не хотелось бы повстречать этих ребят снова. Друг детства уехал, а мне здесь еще жить.

По улице расплескалось серое воскресенье в потеках изредка накрапывающего дождика. Самое время для свиданий.

Я аккуратно пощупал лицо, на правой щеке подсыхала свежая ссадина, точно такая же была и на лбу: я обнаружил их, глядя в зеркало, когда ходил в душ. В волосах бурой коркой запеклась кровь. Ну и черт с ним, подумал я, проехали. Надо бы по дороге зацепить бутылку пива…

По каменистому полю, растянувшись цепочкой, шли моджахеды, закутанные в темные балахоны. Среди них мелькали камуфлированные американские наемники и военные инструкторы. За несколько секунд до этого они убили симпатичного советского солдатика-художника по прозвищу Джоконда, который перед смертью успел геройски крикнуть: «Духи!»

Затем был бой за высоту, чумазая физиономия режиссера Бондарчука, исполнявшего также роль хохла-прапорщика, пулеметные очереди, взрывы гранат и одна за другой – смерти главных